Третий сезон «Убежища»: изменится всё
Пожалуй, самый недооцененный проект Apple TV+, антиутопическая драма «Убежище», основанная на одноименной трилогии-бестселлере Хью Хауи, возвращается с третьим, предпоследним сезоном. В прошлом сезоне повествование было разбито на две линии: одна следила за судьбой Джульетты Николс (Ребекка Фергюсон), отправившейся в Убежище 17, а вторая разворачивалась вокруг назревающего восстания в Убежище 18. На этот раз «Убежище» использует схожую формулу, чтобы рассказать политически острую, динамичную историю, которая меняет всё, что мы знаем об убежищах.
Разделение сюжета на две части работает эффективно, поскольку сериал наконец берется за главные загадки: откуда взялись убежища? И зачем они здесь? Можете быть уверены: «Убежище» — не тот сериал, что дразнит зрителя и обманывает его ожидания. Шоураннер Грэм Йост не просто продолжает одну из самых амбициозных научно-фантастических историй на телевидении, но и дает ответы на волнующие всех вопросы, не превращая сезон в сухой сеанс «вопросов-и-ответов». Саспенс в третьем сезоне процветает; именно так и должен выглядеть идеальный представитель своего жанра.
Финал второго сезона ошеломил зрителей. После напряженнейшего клиффхэнгера, в котором Джульетта и Бернард Холланд (Тим Роббинс) оказались в эпицентре огненной стены, эпизод внезапно переносит нас в обстановку, нетипичную для суровой антиутопии. Действие перемещается более чем на 300 лет назад, в Вашингтон (округ Колумбия), в наши дни. Конгрессмен по имени Дэниел (Эшли Цукерман) встречается с журналисткой Хелен (Джессика Хенвик). Он уверен, что это романтическое свидание, но внезапно узнает, что у нее есть неудобные вопросы о предполагаемой атаке Ирана на Вашингтон с применением «грязной» бомбы.
В третьем сезоне Цукерман и Хенвик ведут собственную сюжетную линию, становясь равноправными с Фергюсон главными героями. Пока Джульетта борется с потерей памяти после перенесенного пожара и в результате небольшого временного скачка уже назначена мэром, Дэниел и Хелен в прошлом распутывают заговор, проливающий свет на происхождение убежищ. Повествование настолько умело лавирует между этими двумя линиями, что зритель никогда не испытает досады при переходе от одной к другой. Они наполнены схожим драйвом и духом, которые задают энергию всему сезону.
Отдельно стоит отметить линию Дэниела и Хелен — это настоящая удача. Ввести наравне с главной героиней, особенно в исполнении такой актрисы, как Фергюсон, двух новых персонажей спустя несколько сезонов и сделать это гладко — задача крайне сложная. Но «Убежище» справляется блестяще: эта арка не только обещает ответы, тем самым подкрепляя основной сюжет, но и добавляет истории личной трогательности. Пока их связывают романтические отношения в стиле «сойдутся — не сойдутся» на фоне прочих личных неурядиц, Дэниел и Хелен быстро становятся персонажами, за которых искренне переживаешь. Играет на руку и то, что они воплощают черты классических героев, рискуя карьерой и безопасностью, чтобы докопаться до истины, которую скрывают сильные мира сего.
Что касается линии в Убежище 18, здесь требуется некоторое время, чтобы привыкнуть к новому статус-кво, сложившемуся после событий второго сезона. Большинство ожидало, что третий сезон начнется ровно с того места, где закончился предыдущий: Джульетта рассказывает всем про Соло (Стив Зан) и детей в Убежище 17. Не говоря уже о ключе, способном помешать Убежищу 1 в любой момент уничтожить всех в 18-м.
Но на всё это нужно время, ведь Джульетта восстанавливается после потери памяти. Амнезия — опасный и часто эксплуатируемый прием, который в современных реалиях принято ругать за чрезмерную сюжетную «удобность». Однако здесь он работает. Потеря воспоминаний — неотъемлемая часть мироустройства «Убежища», присутствующая с самого первого сезона. Третий сезон фокусируется на ней, показывая, как она используется в качестве винтика в огромной машине под названием «убежище».
Как сюжетный механизм, амнезия Джульетты помогает отсрочить финальную развязку, которая освободит Убежище 18 от оков. Но куда более интересно то, как этот ход позволяет Фергюсон показать уязвимость своей героини. Йост всегда писал Джульетту как реалистичную, близкую зрителю героиню — человека, напрочь лишенного интереса к власти, но никогда не отступающего в поисках справедливости. Однако именно Фергюсон заземляет ее образ с помощью тонкой мимики и манер, изображая интровертную, социально неловкую женщину, которая раз за разом выходит из зоны комфорта и растет над собой благодаря пережитому.
Что касается второстепенных персонажей, многие спутники Джульетты нашли свою нишу как персонажи, достойные зрительской симпатии. Пол Биллингс (Чиназа Уче) получает гораздо более значимую роль по сравнению с несколько разочаровывающей позицией в прошлом сезоне, хотя его взаимодействия с Джульеттой сильно не хватает. По крайней мере, его персонаж обретает новую жизнь, распутывая собственную детективную линию, которая в итоге вливается в основной сюжет. Ширли (Ремми Мильнер) и Нокс (Шейн МакРей) по-прежнему остаются героями второго плана, за которыми интересно наблюдать: их роман развивается, а сами они сталкиваются с непростыми вопросами в отношениях с другими персонажами.
Самая же впечатляющая метаморфоза в третьем сезоне произошла с Камиллой Симс в исполнении Александрии Райли. Жена Роберта Симса (Common) и мать его ребенка, Камилла всегда оставалась где-то на заднем плане, порой используясь как эмоциональный рычаг для раскрытия личности мужа. Но после финала второго сезона она становится главой IT и настоящей занозой для Джульетты. В Камилле просыпается безжалостность, рожденная, однако, от отчаяния и отсутствия выбора в собственном будущем.